Jul. 10th, 2015

skuzn: (anyuta)
Много лет назад, в 1992 году, я сидел на собрании в Библиотеке Иностранной Литературы. Выступала Екатерина Гениева, фактический директор ВГБИЛ на тот момент. Она рассказывала о реформах, которые собиралась провести в библиотеке. У меня за спиной шептались две немолодые сотрудницы, и я услышал, как одна из них сказала:
- А была такая хорошая девочка! Джойсом занималась...
В этот момент я впервые задумался, что, возможно, пять лет назад Катя Гениева и не думала о том, чтобы превратиться из филолога в администратора. Но время изменилось – и она ответила на вызов изменившегося времени.
Я работал в Иностранке в 1991-92 годах, и в жизни библиотеки отражалось то, что происходило со всей страной. Библиотека выходила из союзного подчинения в российское, проводила "Конгресс Соотечественников" и печатала подпольный выпуск "Общей газеты" во время путча 1991 года. После «победы демократии» выяснилось, что денег нет и не будет, поэтому надо как-то менять экономическую модель. Именно тогда стали появляться культурные центры - сначала British Counsel, потом американский, французский, японский... Именно благодаря им едва ли не впервые в крупной московской библиотеке реализовалась модель свободного доступа к книгам – да и вообще появились те самые новые книги, на закупку которых у библиотек не было денег. Но главным, конечно, было то, что Гениева одной из первых поняла: библиотека в новое время должна быть прежде всего культурным центром.
Верность этот подхода была неочевидна, да и нравился он не всем - в частности, потому, что предполагал реформирование существующей системы. «Реформы» было ключевое слово начала девяностых и, надо сказать, Гениева проводила их довольно решительно. Много лет результат этих реформ был неочевиден – уже в начале двутысячных мне приходилось слышать, что «Катя тратит деньги на обсутройство библиотечной недвижимости и прием иностранных парнтеров, а комплектование фондов фактически прекращено». Но сегодня, когда модель библиотеки как культурного центра оказалась едва ли не единственным способом сохранить библиотеки, успех того, что делала Екатерина Юрьевна уже не вызывает сомнения. В конце концов через обновленную ВГБИЛ и ее культурные центры прошли несколько поколений не только студентов, но и школьников (Иностранка до сих пор остается единственной крупной библиотекой Москвы, куда они могут прийти).
Последние недели я часто вспомнал Иностранку начала девяностых. В своих последних интервью и выступлениях Гениева предстает человеком, который сражается за то, что считает важным и ценным. Это традиционная позиция русского интеллигента – защищать культуру от того, что ее разрушает. Но я помню то время, когда Екатерина Юрьевна из «девочки, занимавшейся Джойсом» превратилась в серьезного руководителя, когда она не столько защищала существующее, сколько строила и создавала новое.
Когда мы говорим о людях девяностых, мы часто подразумеваем бизнесменов и политиков. Скажем честно, у нас есть основания не любить их и считать виноватыми в том, что Россия не стала той страной, о которой мы мечтали. Но среди людей девяностых были и другие – те, кто искали новые формы существования науки и культуры, создавали новые журналы, школы и университеты, реформировали старые организации. Мы должны быть благодарны этим людям за все лучшее, что было в России последние 15 лет – и для меня Екатерина Юрьевна Гениева один из самых ярких примеров таких людей.
Гениева и те, кто были рядом с ней, сумели создать один из крупнейших культурных центров в России. И что  бы не происходило с Иностранкой сегодня и что бы не с лучилось с ней завтра, ничто не сможет отменить того, что она сделали за эти годы.
Вчера Екатерины Юрьевны не стало.
Вечная ей память и глубокая благодарность от всех нас.


 

Profile

skuzn: (Default)
skuzn

March 2017

S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122 232425
262728293031 

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 12:17 pm
Powered by Dreamwidth Studios